ГОСТЬ ИЗ НОЧИ

1.

В это утро Хелен Дженнингс по прозвищу Колдунья почувствовала, что сегодня

должно что-то произойти. Точнее, недобрые предчувствия преследовали ее во

сне и наяву уже несколько дней. Но только сейчас она могла с уверенностью

сказать, что то, о чем нашептывали ей ночные ветры, свершится сегодня. За

долгие годы Хелен научилась доверять своим предчувствиям. Не зря же она все

свои сорок три года имела дело со сверхъестественными вещами, и недаром

соседи прозвали ее Колдуньей.

Она содержала небольшой магазинчик на окраине Лос-Анджелеса, торгующий

всякими магическими принадлежностями, как то: планшетки, гадальные карты,

магические хрустальные шары, гороскопы и все в том же духе; книгами по

волшебству, лечебными травами, эликсирами; а также занималась гаданием,

предсказаниями судьбы по руке и многими другими вещами. Но в отличие от

большинства своих коллег, зарабатывавших деньги на доверчивости клиентов,

Хелен Дженнингс действительно обладала даром, который она получила по

наследству. Сколько она себя помнила, Хелен всегда наблюдала, а затем и

помогала своей матери творить магию.

И вот в это самое осеннее утро Колдунья никак не могла заняться каким-нибудь

делом. Все валилось у нее из рук, а мысли витали где-то очень далеко. Если

бы только она определенно знала, что должно произойти, тогда ей было бы

легче, но ничего конкретного не приходило ей в голову. Решив больше не

мучиться, Хелен повесила на дверях магазина табличку «Закрыто» и пошла в

дальнюю комнату, служившую ей магической лабораторией, чтобы попытаться

сконцентрироваться на том, что ее волновало.

Было 31 октября, канун Дня Всех Святых.

2.

В огромном старинном особняке в пригороде Лос-Анджелеса полным ходом шли

приготовления к вечеринке: обслуживающий персонал сновал туда-сюда, наводя

порядок в невероятных размеров гостиной, которая, как и весь дом, была

обставлена в классическом стиле. Здесь находился большой камин из черного

мрамора, зияющий темной пастью; добротная старинная мебель из дуба создавала

атмосферу конца XIX века, толстые ковры на полу заглушали шаги; ведущие на

второй этаж перила из черного африканского дерева поражали изысканной

резьбой. Еще одной особенностью было отсутствие какого-либо электричества,

его заменяли свечи в серебряных канделябрах, стоящие повсюду. Сей особняк

принадлежал некогда известному, а теперь отошедшему от дел на заслуженный

покой, Джорджу Ренделлу. И этим вечером здесь соберутся отпраздновать

Хэллуин члены «Клуба почитателей вампиров».

3.

Часы над каминной полкой пробили десять раз, когда к «Клубу почитателей

вампиров» стали подъезжать роскошные автомобили. На пороге гостей встречал

сам хозяин, небольшого роста полный мужчина с начинающей седеть головой. Он

был в строгом черном костюме-тройке, впрочем, другие цвета в нарядах

прибывающих гостей отсутствовали. Это было одним из правил клуба: на встречи

допускались только в черном. Что касается других правил, то их было немного.

Например, встречи проводились обязательно ночью, переступив порог этого

дома, посетитель отрешался от цивилизованного мира — разговоры здесь велись

только на мистические темы. Но в остальном предоставлялась полная свобода

действий. Что, впрочем, было неудивительно, так как правила составлялись

самими членами и служили, скорее, для большего эффекта. Часто в клубе

устраивались театральные представления, в которых принимали участие сами

члены клуба. А в эту ночь намечалось нечто особенное… Отметить День Всех

Святых, кроме постоянных посетителей, прибыло много гостей. Уже вошло в

традицию, что каждый год в этот праздник член клуба мог представить обществу

своего знакомого или знакомую, желавших присоединиться к обществу. Надо

сказать, что «Клуб почитателей вампиров» был элитным и закрытым. За столь

фантастическим названием скрывалось вполне приличное и респектабельное

общество. В него входили состоятельные люди, которым наскучили другие

развлечения и которым хотелось встречи с еще неразгаданным и мистическим.

Сегодняшний Хэллуин должен был стать пятым по счету праздником, отмечаемым

членами «Клуба почитателей вампиров» и собравшим их вместе.

Джордж Ренделл — бывший режиссер и хозяин особняка — не уставал пожимать

руки мужчинам и кланяться женщинам, выходящим из лимузинов, кадиллаков,

роллс-ройсов и ягуаров. Приветствуя гостей, он каждого называл по имени и

благодарил за то, что они почтили своим присутствием сегодняшнюю вечеринку.

Гости все прибывали, а их автомобили без конца сменяли друг друга, не

уступая соседям по роскоши.

К воротам особняка лихо подкатил красный «Ягуар» и, сделав крутой вираж,

резко затормозил на подъездной дорожке. Распахнулась дверца, и из машины

вышла белокурая девушка в сопровождении молодого человека, который галантно

подал ей руку. Она была слегка возбуждена быстрой ездой, а ее лицо, даже под

слоем тщательно уложенной пудры, горело румянцем. Девушка грациозно

поднялась по лестнице, где тут же оказалась в центре внимания:

— Привет, Моника, — улыбнулась ей, обернувшись, черноволосая красавица с

ярким макияжем.

— Привет, Синди, — кивнула она в ответ.

Парень в черном смокинге помахал ей рукой в знак приветствия. Встретить дочь

знаменитого продюсера поспешил и радушный хозяин.

— Здравствуйте, мисс Стюарт, — он слегка пожал ей руку, на которой сиял

огромный бриллиант. — Как дела у вашего отца?

— Спасибо, мистер Ренделл, хорошо.

— Я рад видеть вас у себя. О, вы сегодня с другом, — Джордж Ренделл

взглянул на молодого человека, молча стоящего за спиной девушки, как будто

только сейчас его заметив.

Темноволосый, высокий, в прекрасно сшитом, точно по фигуре, смокинге, он вряд

ли чем отличался бы от голливудских красавцев, которыми в Лос-Анджелесе

никого не удивишь, если бы ни его особенная манера держаться. Было что-то

неуловимое в его облике, что заставляло чувствовать в нем скрытую силу. Вся

эта суета, возникшая вокруг его спутницы, казалось, совсем не смущала этого

джентльмена. Наоборот, он выглядел совершенно спокойным, даже чересчур. На

фоне живого розового личика девушки его лицо было странно бледного цвета.

Или это просто так неровно падал свет?

— Да, — счастливо улыбнулась Моника, — я хочу сегодня представить его

обществу.

— Познакомьтесь: Дэниел Виллиген, Джордж Ренделл — хозяин этого милого

особнячка.

Мужчины пожали друг другу руки и проговорили подобающие такому случаю

банальности. При этом режиссер не мог не заметить странного блеска в глубине

почти черных глаз молодого человека, которые почему-то ассоциировались у

него с бездной.

Покончив с приветствиями и освободившись от внимания обходительного хозяина,

который направился к следующему гостю, Моника Стюарт под руку со своим новым

знакомым вошла в холл. И тут же, проговорив ему: «Я сейчас, дорогой»,

направилась к зеркалу, около которого уже собралась большая толпа.

Протолкавшись вперед и помахав рукой некоторым знакомым лицам, Моника

взглянула на себя в зеркало. Оттуда на нее смотрела симпатичная блондинка лет

двадцати пяти с зелеными, как морская волна, глазами в сильно

декольтированном облегающем платье, спускающимся до самых туфелек. Оставшись

довольной своим видом, девушка слегка припудрила лицо и поспешила назад.

— Ну, Дэниел, к сегодняшней вечеринке я готова, — сказала она, беря

молодого человека под руку.

Распахнулись огромные дубовые двери, и молодые люди оказались в той самой

гостиной, которую так тщательно готовили к сегодняшнему вечеру. Несмотря на

отсутствие электричества, в гостиной было светло. Камин, еще утром

казавшийся черным, горел ярким пламенем. Отблески огня играли на лицах

гостей. Казалось, что смотришь картину средневекового художника. По крайней

мере, именно такое впечатление произвела эта обстановка на молодого

человека. И еще она показалась ему удивительно знакомой. Но своей спутнице

он не сказал ни слова, а только слегка улыбнулся одним уголком рта. Вокруг

стоял легкий гул голосов, который смешивался со звоном бокалов, смехом и

шорохами платьев. Моника с довольным видом человека, оказавшегося в своей

среде, повела своего знакомого к небольшой компании, расположившейся у

камина. Их приход прервал оживленную беседу.

— Привет всем, — улыбнулась Моника.

— Рада вас видеть, дорогая, — сказала сидевшая в кресле пожилая дама.

— О, Моника, привет! — воскликнула стоявшая рядом с ней китаянка, и

девушки радостно обнялись.

— Это платье тебе очень идет, — шепнула Моника подруге.

— Спасибо, — улыбнулась затянутая в бархат китаянка, длина которого

позволяла без особого труда разглядеть все прелести ее фигуры.

— А ты, Майкл, как всегда дурачишь собеседниц своими страшными историями,

— обратилась девушка к элегантно одетому мужчине, прислонившемуся к

каминной полке, с бокалом в руке.

— Ты как всегда очаровательна, — слегка поклонился тот, причем его

маленькие усики насмешливо изогнулись.

Моника представила Дэниела Виллигена и, в свою очередь, назвала молодому

человеку своих друзей. Пожилую даму звали миссис Мэдисон, она была вдовой

известного банкира; китаянка Шейла Гранд была многообещающей актрисой, в

основном за счет своей шикарной фигуры. Представляя Майкла Кренстона, Моника

назвала его свободным аристократом. Кренстон приехал из Англии, где имел

большое поместье и титул графа, которым очень гордился. Он ничем серьезно не

занимался, но тратил всегда много денег. Новый знакомый Моники Стюарт сразу

же возбудил живой интерес, прежде всего потому, что раньше девушка не имела

привычки приглашать в клуб своих друзей. Как бы отвечая на немой вопрос, она

сказала:

— Я собираюсь представить Дэниела обществу.

— А, значит вы решили вступить в «Клуб», — сказал Майкл Кренстон,

обращаясь к молодому человеку. — Ну и как вам у нас?

— Если вы хотели создать атмосферу мистицизма, то эта затея удалась,

— ответил Дэниел Виллиген, обводя взглядом гостиную. У него был мягкий

голос, но это была мягкость хищника.

— По-моему, здесь запросто можно забыть, что за окнами двадцатый век,

— мечтательно произнесла Моника.

— Чем вы занимаетесь, мистер Виллиген? — спросила, улыбаясь, миссис

Мэдисон, не отводившая глаз от молодого человека с момента его появления.

— Да, Дэниел, я ведь тоже об этом не знаю, — сказала Моника, — мы ведь

познакомились при таких неожиданных обстоятельствах.

Девушке сейчас ясно вспомнился вечер их знакомства, произошедший восемь дней

назад. Она поздно возвращалась с вечеринки в свой загородный дом. На полпути

ее машина неожиданно заглохла, и Моника оказалась одна посреди пустого

шоссе. Так как девушка почти ничего не понимала в устройстве машины, она была

рада увидеть приближающийся свет фар автомобиля. Из резко затормозившего

черного «порше» вышел молодой человек, одетый, как она успела тогда

заметить, в темный, спортивного покроя, костюм. Мужчина сразу же очаровал

Монику безупречными манерами и ослепительной, располагающей к себе улыбкой.

Заявив, что в машинах мало что понимает, он предложил отвезти ее домой. За

время поездки они успели познакомиться получше. Дэниел оказался интересным

собеседником и весьма остроумным человеком. Особенно заинтересовало его

упоминание о «Клубе почитателей вампиров». Моника, удивляясь сама себе,

легко раскрылась перед новым знакомым. Позже, уже у нее в доме, они много

беседовали, так как разговор проистекал интересно и оживленно. Вот тогда

девушка и решила пригласить Дэниела Виллигена в «Клуб».

Монику вывел из задумчивости голос Дэниела, отвечающего на вопрос:

— Я, как бы поточнее объяснить, работаю с людьми.

Вопросительные взгляды собеседников говорили о том, что они ждут продолжения.

— Мне бы не хотелось сейчас объяснять тонкости моего рода занятий,

— молодой человек вежливо улыбнулся, — да и, думаю, вам было бы это не

очень… интересно.

— Он просто хочет пока остаться таинственной личностью, — вмешалась

Моника, стараясь сгладить разговор. И уже тише, будто про себя, добавила:

«Но, я думаю, мы обо всем скоро узнаем, если, конечно, Дэниел вступит в

«Клуб».

— Кстати, ты еще не слышала, дорогая, — обратился к девушке Кренстон,

— Шейла снимается в новом ужастике. Мы как раз обсуждали это до твоего

прихода.

— Я тебе еще не говорила об этом? Ах, Моника, мне предложили роль невесты

вампира, — счастливо защебетала китаянка. — Ну разве я могла отказаться от

такого?

— О, я так рада за тебя!

— И про что этот фильм, мисс Гранд, если не секрет? — поинтересовался

Дэниел.

— Ну, вы же знаете подобные сюжетики, — ответил вместо Шейлы Майкл

Кренстон. — Злобный вампир, очаровательная девушка, которая влюбляется до

бесчувствия в него. В конце он убивает ее, а она при этом признается ему в

любви. И вот, проникнувшись ее словами до глубины души, этот вампир

понимает, какой он нехороший, и кончает жизнь самоубийством.

— Не правда ли, мило, — улыбнулась китаянка молодому человеку. — А на

Майкла вы не обращайте внимания, он всегда такой.

— Не кажется ли вам, что эти истории про бессмертных слишком

романтизированы, — сказал гость. Майкл пожал плечами:

— Это нравится зрителю. А наша дорогая Шейла так вообще без ума от своей

роли.

— А как же ужас жертвы перед неумолимо надвигающейся смертью в лице

чудовища, мисс Гранд? — лукаво прищурился Дэниел.

Его слова были оценены по достоинству — дружным смехом. Такая реакция явно

несколько озадачила молодого человека.

— Я, надо сказать, господа, удивлен, что вы нашли в моих словах причину для

веселья. Уж вы-то с вашими познаниями должны бы относиться к этим вещам

более серьезно.

Повисла неловкая пауза. Ее первой прервала миссис Мэдисон:

— Молодой человек, я вижу наша дорогая Моника не совсем точно объяснила вам

наши… хм, интересы. Боюсь, мы слишком далеки от решения таких сложных

вопросов, которые вы поставили. Мы здесь просто приятно проводим время,

болтая на интересующую всех тему. А вовсе не собираемся спасать мир.

— Подожди, ты скоро поймешь, чем мы тут занимаемся, — добавила Моника.

Официанты, тоже все в черном, принесли напитки. Все взяли по бокалу.

— За вампиров! — провозгласил тост Майкл.

— За вампиров! — отозвались остальные.

Бокалы быстро опустели, и беседа снова оживилась.

— Я в который раз говорю, — с жаром воскликнула миссис Мэдисон, — что

полиция никогда не раскроет тайну этих убийств. Они никогда на допустят

мысли, что столкнулись с потусторонним.

— Поэтому они и держат это дело в секрете, — кивнула Моника. — Кстати,

никто не слышал об этом чего-нибудь новенького?

— Могу поспорить, что на этот раз даже всезнайка Кренстон ничего не знает,

— ухмыльнулась злорадно Шейла.

Все взгляды устремились на англичанина. Того это нимало не смутило. Наоборот.

— Ну, если вы ничего не знаете, то я просто счастлив первым сообщить вам,

что произошло третье убийство.

— О!..

— Как?!

— Когда?!

— Откуда ты узнал?

— И почему мы ничего не слышали?!

— Я, пожалуй, рискну оставить свой источник информации в тайне,

— усмехнулся Кренстон, упиваясь произведенным эффектом.

— Позвольте узнать, о чем, собственно, идет речь? — раздался среди

всеобщего возбуждения спокойный голос. На мгновение все посмотрели на

говорившего.

— Как, Дэниел (вы позволите мне вас так называть?), разве вы не знаете об

этом сенсационном деле? Его склоняют во всех газетах уже неделю, — изумилась

миссис Мэдисон.

— Я не читаю прессу, — молодой человек пожал плечами. — Не просветите ли

вы меня?

Кренстон кивнул:

— Пожалуйста. Неделю назад полиция обнаружила тело молодой девушки, а

следом, через три дня, еще одну. Убийства не были ничем связаны, кроме

одного: в обоих случаях не было обнаружено следов насильственной смерти, и в

жертвах не было ни капли крови, так же, как и около них. Вот поэтому пресса

так ухватилась за эту историю. А сегодня утром был обнаружен труп молодого

человека точно с такими же признаками.

— И как я поняла, полиция не собирается пока выставлять этот факт на

всеобщее обсуждение! — вставила Моника.

— Ну, и вы подозреваете, что это дело рук вампира?

Дамы переглянулись.

— По крайней мере, очень похоже на то.

— Не «похоже», Шейла, а совершенно точно. Мы уверены, что в Лос-Анджелесе

появился вампир, — с непоколебимой уверенностью заявила банкирша.

— А интересно, он знает про наш клуб? Представляете, что было бы, если б мы

могли пригласить его сюда? — взволновано прошептала Моника.

— Заманчиво. Моника, может, ты окажешь нам такую любезность и пригласишь

господина вампира? — подмигнула ей китаянка.

Все рассмеялись, только гость лишь слегка улыбнулся.

— Вы находите эту идею великолепной? — обратился он к ним. — А вы не

подумали о вероятности стать следующей жертвой? — голос Дэниела Виллигена

стал почти жестким.

4.

Колдунья сидела в темноте комнаты. Вокруг не слышалось ни звука. Здесь не

было окон: эта часть магазина выходила в переулок, который оканчивался

тупиком. Но несмотря на тишину, окружающую ее, мысли женщины путались, как

бы перекрывая одна другую. Она сидела, склонившись над чашей, наполненной

водой, слегка отсвечивающей в темноте. Чем больше Колдунья пыталась

прислушаться к мыслям, пролетавшим мимо, словно снежинки во время вьюги, тем

смысл их становился все понятнее. Единственным ясным чувством была тревога,

тревога за человечество. Она знала: то, что произойдет уже скоро, станет

важной ступенью для всего будущего. В последнее время слишком много

непосвященных стало увлекаться магией, оккультными науками, тем, что они не

понимали. Люди слишком близко подошли к тому, что им не положено знать. И

Зло не заставит долго ждать ответа. Мало того, увлечение нечистой силой

стало модно. Хелен ужасало, как люди могут быть такими беззаботными. И

Колдунья ничуть не преувеличивала.

Даже в Голливуде самые знаменитые актеры гримировались под выходцев с того

света. Это стало широко распространено в высших кругах общества. Что уж и

говорить о том, что любимыми персонажами стали герои фильмов ужасов, в

огромном количестве выпускаемых многочисленными кинокомпаниями.

Размышления Хелен Дженнингс были неожиданно прерваны странным волнением,

появившимся на водной поверхности чаши. Колдунья начала всматриваться

вглубь, пытаясь разглядеть изображение.

5.

Тучи неслись по небу, точно стадо испуганных животных. Луна, полная и

холодная, то терялась за ними, то выныривала откуда-то, заливая землю

неземным и зловещим светом. Ветви деревьев гнул к земле разыгравшийся не на

шутку ветер, будто стремясь оставить их в эту ночь без единого листочка.

Несмотря на разыгравшуюся за окнами непогоду, в пригородном особняке

экс-режиссера царило шумное оживление. Вечеринка продолжалась. По мере того,

как пустели бокалы присутствующих, тут же снова наполняемые заботливыми

официантами, атмосфера в клубе становилась все непринужденнее. Разговоры

звучали теперь гораздо громче. Гости разбрелись по особняку в поисках

развлечений. В гостиной образовалось несколько групп, оттуда доносился

женский смех, далеко уже не светские беседы, прерываемые громогласно

провозглашаемыми тостами. В общем, высшее общество веселилось вовсю.

Майкл Кренстон, уже заметно подвыпивший, с неизменным бокалом в одной руке,

положив другую руку на плечи гостю, внушал ему менторским тоном:

— Вы, в общем-то, отличный парень, Дэниел. Мой вам совет: не принимайте

наши увлечения так близко к сердцу. Расслабьтесь… и… давайте выпьем за

здравие всех милых нашему сердцу кровососов.

Молодой человек все еще как-то странно посматривал на своих новых знакомых.

Но выпитое за вечер спиртное все-таки, видимо, подействовало, и он поддержал

английского аристократа, отхлебнув добрых полбокала вина. Они остались

вдвоем. Дамы нашли себе лучшее развлечение, чем упиваться вином и слушать

Кренстона, ораторский талант которого возрастал прямо пропорционально

выпитому. Моника упорхнула приветствовать какого-то очередного старого друга.

Миссис Мэдисон и Шейла Гранд решили присоединиться к намечавшейся игре в

покер.

— Вот вы говорите, — продолжал между тем все тем же тоном англичанин, — что

вампиров надо опасаться. Да кто ж боится их в наш век? Это раньше народ

темный был. А сейчас вампир — это реликт. А вы нас пугаете.

— Но… — попытался возразить гость.

— Знаете, Дэниел, — Кренстон хлопнул молодого человека по плечу, не обратив

никакого внимания на его попытки, — вы мне понравились, и я не против,

чтобы вы вступили в «Клуб». Поэтому, надеюсь, вы не собираетесь им сказать:

«Не ходите ночью по улицам, а то вас съест страшный вампир», — он обвел

рукой залу. — Они вас не поймут.

— Позвольте, я на минуту, — Дэниел Виллиген наконец освободился от

разговорчивого аристократа. — Реликт, а! — пробормотал он себе под нос, и

странное, ни с чем не сравнимое выражение появилось на его лице.

*   *   *

— Майкл, все пьешь! А где Дэниел? — окликнула англичанина еще издалека

Моника.

— Сбежал, — пожал тот плечами, — должно быть ему наскучило выслушивать

мою трепотню.

— Скоро двенадцать, — девушка, нахмурясь, посмотрела на свои изящные

часики.

Гости и члены клуба стали собираться в гостиной. Близилась полночь — время

Хэллуина, время вампира.

*   *   *

Огромная гостиная погрузилась в полумрак. Темно-вишневые тяжелые портьеры с

еле слышным шумом разъехались, обнажая небольшой подиум, расположенный в

глубине залы. Взгляды присутствующих обратились к человеку, стоящему на нем.

Он поднял руку, прося внимания, и в гостиной воцарилась тишина.

— Леди и джентльмены! — начал Джордж Ренделл. — Прежде всего хочу

поблагодарить всех вас за ваше присутствие на сегодняшнем вечере. А также

хочу поднять тост в честь события, ради которого мы здесь собрались.

Моника Стюарт рассеянно оглядывалась, пытаясь понять, куда же исчез ее

очаровательный друг. «Он же пропустит самое интересное», — подумала она.

— Я не случайно начал сегодня несколько раньше обычного, — Ренделл взглянул

на часы над огромным камином, они показывали без пяти минут двенадцать. — Я

хотел бы представить вам нашего гостя, который впервые имел честь быть

приглашенным в «Клуб почитателей вампиров».

В последних словах экс-режиссера прозвучало явное самодовольство.

— Не буду больше ничего добавлять к сказанному, предоставлю это право

гостю. Назову лишь его имя — мистер Дэниел Виллиген.

Портьеры за спиной хозяина клуба сошлись, а когда снова разъехались, глазам

присутствующих предстала темная фигура, у ног которой лежало что-то, по

очертаниям очень похожее на человеческое тело. И тотчас, как по мановению

волшебной палочки, вспыхнули свечи. Среди гостей послышались удивленные

возгласы.

— Да это же миссис Мэдисон, — прошептала Моника Стюарт.

— Браво, Моника! Я так и знал, что у этого парня что-то имеется про запас,

— раздался насмешливый голос Майкла Кренстона.

Тут все, как бы придя в себя, зааплодировали. Молодой человек галантно

раскланялся и терпеливо ждал, пока затихнут последние восторженные овации,

длившиеся довольно долго. Высоким гостям явно пришлось по душе такое

выступление. Наконец, Дэниел кашлянул для виду и улыбнулся:

— Дамы и господа! Я не буду многословен, тем более, что до полуночи

осталось совсем немного. Я очень благодарен мисс Монике Стюарт, — молодой

человек жестом руки выделил девушку из присутствующих. — Мне доставило

несказанное удовольствие общение с вами. Давно я не был в таком изысканном

обществе.

При этом молодой человек облизнулся.

— Ну, не буду утомлять вас далее своей болтовней. А теперь мой главный

сюрприз…

Гость носком изящного дорогого ботинка осторожно приподнял тело, лежащее

перед ним, и перевернул его лицом к зрителям. С шеи миссис Мэдисон по

подбородку тонкой струйкой стекала кровь, в неподвижных глазах застыл ужас.

Присутствующие ошеломленно замерли. Потом в наступившей тишине кто-то

крикнул: «Великолепно!», и восторги в адрес Дэниела Виллигена возобновились

с новой силой.

— Посмотри, Майкл, какая великолепная игра! — восторженно воскликнула

Моника. — Миссис Мэдисон давно хотела выступить в каком-нибудь спектакле.

Наконец ее мечта осуществилась!

Среди всеобщего восхищения только стоящий сбоку от подиума хмурый Джордж

Ренделл не выказывал особой радости, раздосадованный тем, что все внимание

публики перешло к молодому щеголю. Покосившись на миссис Мэдисон, он вдруг

понял, что женщина действительно мертва. Несколько секунд он стоял, тупо

уставившись в немигающие глаза трупа. Потом Ренделл поднял голову и тут же

встретился с насмешливым взглядом древнего существа; молодой человек

подмигнул ему.

— Вы убили ее… — выдавил хозяин клуба.

— Совершенно верно, — спокойно ответил гость, — и, конечно, выпил всю ее

кровь.

— Он ее убил! — заорал Джордж Ренделл. — Вы слышите? По-настоящему! Он

чудовище!

Гости примолкли. На их лицах выражалась смесь удивления, непонимания и

страха. Все старались рассмотреть несчастную, теперь уже мертвую, миссис

Мэдисон. Вампир молча взирал на них с высоты подиума. Его красивые губы

тронула усмешка, и теперь стали видны два острых клыка, которые раньше никто

не замечал. Его глаза, возможно из-за игравших в них отблесков свечей,

теперь отливали красным.

Неожиданно раздавшийся женский визг как бы снял оцепенение, и все

великосветское общество, в панике толкая друг друга, бросилось к дверям.

Казалось, спасение близко…

Дэниел Виллиген, стоя все с той же саркастической улыбкой, только теперь в

ней появилось некоторое сожаление, простер руку, и в гостиную будто ворвался

поток холодного воздуха. Тяжелые двери скрипнули и с грохотом захлопнулись.

— Не спешите уходить, самое интересное только начинается, — раздался

довольный голос вампира.

Часы над каминной полкой отбили двенадцать раз.

— Добро пожаловать на Хэллуин! — его смех разнесся над гостиной.

6.

Изображение на дне чаши становилось все яснее, пока не стала видна вся

картина в целом. Колдунья с волнением всмотрелась в незнакомую обстановку

огромной комнаты. Камин, дорогая мебель, картины на стенах, хрусталь на

столиках и пляшущие блики свечей. С трудом пробиваясь сквозь полотно

неизвестно откуда взявшегося там тумана, по комнате скользили неясные тени.

Не сразу она поняла, что это мечущиеся в панике люди. Внезапно туман

поредел, и стал отчетливо виден царящий там хаос.

Колдунье открылся залитый кровью ковер, перевернутые стулья, по полу из

вдребезги разбитой бутылки растекалась лужа никому уже ненужного красного

вина, так похожего на кровь.

Неожиданно из полумрака возникло лицо. Взгляд глаз цвета крови, казалось,

проник в самую душу женщины, как будто его обладатель смог увидеть ее,

сидящую в неподвижности перед чашей. От этого взгляда холод пробежал по

спине Колдуньи, потому что она узнала Его.

Изображение стало меркнуть, поверхность воды покрылось рябью. Последнее, что

увидела Хелен Дженнингс, был молодой человек с совершенно безумными глазами,

наткнувшийся впотьмах на вампира. В последнюю минуту его лицо приобрело

осмысленное выражение…

И Колдунья, конечно же, не смогла услышать его крики.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *