НАПРАСНАЯ ОХОТА

Предвыборный митинг бурлил в центре Мехико.

Громадная площадь, окруженная рядами полиции и солдат, имела праздничный вид.

Гирлянды, разноцветные шары, украшенные цветами портреты президента Хорхе

Рамиреса. Из репродукторов неслись патриотические песни, сопровождаемые

звуками кастаньет, что, впрочем, не мешало горячим речам ораторов с

бесконечными призывами отдать голоса за «истинного патриота Мексики». Все

происходившее было шумно, пестро и ярко — вполне в латиноамериканском духе.

Долорес по кличке Киска сквозь оптический прицел ясно видела даже капли пота,

блестевшие на лбах телохранителей президента. Глупцы! Думают, что два взвода,

одетых в армейскую форму, деревенских оболтусов спасут эту жирную каракатицу!

Ничего подобного! Настоящий приговор истории выносится не в комнатах для

подсчета голосов, а на площадях, и главное, решающее слово здесь принадлежит

оружию.

Вот, наконец, и сам президент — он же претендент на второй срок. Как вопят

от восторга его сторонники! Недолго им осталось ликовать?

Как раз, когда оратор распинался по поводу «искреннего желания еще повысить

материальный и культурный уровень жизни народа», Киска нажала на спуск.

Недаром она была снайпером. Пуля, проделав воздушный путь в восемнадцать

этажей под углом сорок пять градусов, вошла точно в переносицу Рамиреса.

Оптический прицел давал отличную возможность рассмотреть, как между глаз

«избранника нации» появилась круглая дырочка, и из головы хлынул фонтан крови.

Президент рухнул на спицу.

Долорес отошла от окна с чувством исполненного долга. В Северной Америке и

Европе такое не прошло бы: там во всех зданиях, окружающих площадь, были бы

наглухо закрыты окна. А здесь стекол в окнах не было — только жалюзи.

Выстрел прозвучал тише хлопка открываемого шампанского — стоит ли говорить,

что винтовка была с глушителем.

Киска профессиональными движениями Долорес прыгнула на диван и, изогнувшись,

замерла в позе «только что проснулась». Выходить из отеля не стоило — только

навлекать подозрения.

*

Президентский поезд, украшенный феерическими огнями, двигался в направлении

Акапулько. Никто не подозревал, что он едет навстречу гибели.

Подкоп под рельсы был сделан заранее. Четверо фанатичных боевиков в течение

двух недель рыли землю и после маскировали свою «деятельность».

Педро, прозванный за колючий характер Кактусом, потрогал трехдневную щетину и,

отметив про себя, что сейчас соответствует кличке даже внешне, повернул рычаг

детонатора. Полыхнуло пламя. Педро, прикрытый придорожными кустами, на миг

зажмурился — вспышка была яркой. Подождал пару минут и, удовлетворенно

оглядев дело рук своих, юркнул подобно ящерице в ход, ведущий в глубину

катакомб.

*

Мануэль Очкарик давно сменил очки на линзы, но прозвище осталось. По вполне

понятной причине он не годился в снайперы, зато был превосходным

дельтапланеристом. Что и требовалось для сегодняшнего задания.

Когда президент в сопровождении кортежа ехал в открытом «Кадиллаке», движение

на автотрассах перекрывалось, но перекрыть еще и небо не пытались. На это и

был расчет.

Оказавшись над проезжающим вблизи Гвадалахары кортежем, Мануэль даже не

швырнул, а просто отцепил от ремня пластиковую бомбу, небольшую, но

достаточно мощную. Летела она точно в то место, где через несколько минут

должен был показаться автомобиль.

Не дожидаясь результата, Мануэль, подобно известному герою детской литературы,

нажал круглую кнопку на животе и мгновенно набрал скорость почти что

артиллерийского снаряда. Пули охранников догнать его не могли, а ракет они на

вооружении не имели.

Внизу мелькнуло красно-желтое зарево.

*

Хуан Дельфин, быстро перебирая ластами, время от времени поглядывал на

водонепроницаемый хронометр. В восьмидесяти метрах над ним находилась

президентская яхта с Рамиресом на борту.

Наконец Хуан начал осторожный подъем. Ближе к поверхности он выключил

глубинный фонарь и двигался почти на ощупь, хотя в толщу вод еще не проник ни

единый лучик.

Он даже затаил дыхание, хотя здесь это было бессмысленно, весь подобрался.

Приблизившись к днищу яхты, он рассчитанным движением прикрепил к нему

магнитную бомбу с часовым механизмом. И, убедившись в том, что она прилажена

надежно, почти вертикально ушел в глубину, где в нескольких милях отсюда

таилось подводное убежище.

*

В древнем ацтекском храме, редко посещаемом туристами из-за труднодоступности

— его окружала пустыня — в небольшом зале, вырубленном в толще камня,

собрались пятеро: уже известная нам четверка и ее лидер, к которому

обращались кратко, но почтительно — Командор. Выслушав отчеты, он ответил на

повисший в воздухе немой вопрос:

— Никто из вас не лжет. Вы все выполняли одно и то же задание

— ликвидировали Рамиреса. А теперь — тест на сообразительность: как он мог

находиться в течение одного дня в четырех достаточно удаленных друг от друга

пунктах? Он что, вездесущ, как Бог?

Первым среагировал Педро Кактус:

— Значит, трое из нас, рискуя жизнью, убирали каких-то актеришек? Называется,

нам честь оказали! Почетное задание! Кар-р-рамба!!

Командор иронично скривил губы:

— Почти истина, но неполная! Зачем актеришки, как вы выражаетесь? Ведь мы

живем в век прогресса! Это клоны!

Тут уж не выдержала Долорес:

— Тогда весь риск — коту под хвост! Мы будем потреблять ходячие копии, а

этот кабан — отсиживаться на вилле! Их ведь у него десяток, а то и больше!

Командор покачал головой:

— Вы практики, друзья мои, но не мастера интриг. Рамирес уже политический

труп. Ведь его камарилья никогда не признает, что использовала клонов! Значит,

на площади убит президент, вся страна по телевизору это видела! И даже если

еще где-то лже-Рамиресы появятся, мы их тоже уберем. У нас на это сил хватит!

— «Сколько раз увидишь его, столько раз его и убей», — задумчиво произнес

Очкарик.

— Сам придумал? — удивился Командор.

— Нет, это я цитирую русскую поэзию.

— Ну да, ты ведь у нас интеллектуал? Давайте-ка выпьем за упокой души раба

божьего Хорхе? Может, когда-нибудь в аду встретимся?

На столе, как по мановению волшебной палочки, появилась бутылка цульке,

зазвенела извлеченная из темного уголка гитара, и началась вполне обычная

мексиканская вечеринка.

*

А на следующий день расчет Командора был опровергнут.

Из динамиков и с экранов телевизоров гремело:

— За сто с лишним лет, прошедших после убийства Джона Кеннеди,

государственные деятели вынуждены были принять дополнительные меры

предосторожности для охраны собственной жизни. И сегодня мы можем сказать

открыто: вся беспрецедентная охота на избранного народом президента,

предпринятая презренными экстремалистами, провалилась. Им удалось уничтожить

лишь нескольких клонов, замещавших Рамиреса в различных ситуациях. Президент

жив и не намерен отказываться от баллотировки на второй срок. Наша доблестная

полиция в ближайшее время сделает все, чтобы обезвредить ядовитую змею

политического терроризма.

*

И только руководители силовых ведомств знали всю правду.

На левой лопатке экземпляра, застреленного Киской, отсутствовала татуировка с

табельным номером. Значит, он не являлся клоном.

А один из клонов остался в президентском дворце править Мексикой. Но никто из

посвященных не решался сказать об этом вслух.

Январь 2002 г.

*

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *