У СЕРОЙ СТЕНЫ

Все они стояли в ряд, в нескольких шагах одна от другой, и опирались о

длинную серую стену. Все они без исключения были очень молоды, накрашены и

броско одеты. Они стояли и ждали, разговаривая между собой вполголоса.

— Вчера вечером тебя не было, Марта? — спросила высокая девушка у стоящей

рядом.

У той был широкий лоб и ясные, спокойные глаза, она носила поверх юбки

свитер мелкой вязки и выглядела еще совсем школьницей.

— Я не могла прийти, — ответила та, которую звали Мартой. — Моя девочка

кричала всю вчерашнюю ночь. Я чуть с ума не сошла, не знаю, что с ней такое.

— И что же с ней было?

— Соседка думает, что зубы.

— Уже? Да что ты! — улыбнулась высокая.

— Зубы могут прорезаться и у пятимесячного ребенка. Соседка сказала.

Марта смотрела в землю перед собой и говорила: — Ужасное чувство, когда

ребенок плачет, а ты не знаешь, что у него болит.

— Кто за ней присматривает? — спросила высокая.

— Соседская девчонка. Она немножко странная, и я побаиваюсь оставлять их

вдвоем.

— А что с ней?

— Не знаю, — Марта пожала плечами. — Она не совсем нормальная.

Прямо в их сторону шел большой плечистый мужчина, они прервали разговор и

стали ждать.

Мужчина остановился, оценивающе осмотрел высокую худую девушку, затем

скользнул рукой по ее грудям, словно сомневался в их существовании.

Окинув Марту беглым взглядом, он пошел дальше, к следующей девушке у серой

стены. Та понравилась ему больше…

— А ты не можешь вернуться? — спросила длинная.

— Нет. Они не позволят мне вернуться домой.

— И мать тоже?

— Братья против…

Группа молодых парней — все в одинаковых черных пуловерах — прошли мимо

них. Расставив ноги, держа руки в карманах брюк, выбирали они у длинной

стены девушек, словно говядину для жаркого на рынке.

Те не проявляли никакой строптивости, когда их достоинства выясняли с

помощью рук, и оставались безразличными, когда одну предпочитали другой.

Ведь человек таков, как он есть.

— Все-таки лучше позвать врача, — посоветовала высокая.

— Конечно, — согласилась Марта очень нерешительно.

— Я могу дать в долг, если тебе нужны деньги.

— Спасибо, Вика, только тогда, если я сама не заработаю, — заметно

повеселела Марта.

Молодой поляк подошел к ним. Он поднял лицо Вики за подбородок, чтобы в

темноте лучше ее разглядеть, и они отошли немного в сторону, обменялись

лишь несколькими словами и затем пошли вдоль длинной стены вдоль по улице.

Поляк обнял девушку одной рукой, и Вика посмотрела назад через плечо, на

Марту, стоящую теперь в одиночестве, — было видно, что Вика беспокоится о

ней.

Топтавшаяся в стороне под фонарем толстушка с прямыми волосами тоже ушла с

каким-то немчиком, на полголовы ниже ее.

Марта стояла и терпеливо ждала. Но, когда высокая позже вернулась, Марты у

стены уже не оказалось. Время было позднее, и Вика раздумывала, быть ли

здесь еще или уйти домой. Обычно она всегда стояла, опершись спиной о

стену, но сейчас вдруг оказалась лицом к ней. И в первый раз она разглядела

старую неоштукатуренную стену: в тех местах, куда падали заплаты света от

фонарей, было видно, как она сложена, эта тяжелая, темная, неоштукатуренная

стена.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *