РУССКАЯ ЩЕДРОСТЬ

РУССКАЯ  ЩЕДРОСТЬ Тросточка звякает о бордюр, выверяя мое направление. Иду медленно: обстановка незнакомая, и ориентироваться мне, слепому, трудно. Однако, каким-то наитием шагаю верно. Впрочем, за четверть века слепоты выработалось чутье, тем более, что после потери зрения я упорно и помногу старался ходить самостоятельно, чтобы не зависеть от кого-либо. Да и писательская профессия располагает к одиночеству. […]